ПРАКТИКА РУССКОГО СТИХА




СТАНСЫ

Русскую как цифра богоматерь
мендельсон выводит на крыльцо
если географии не хватит
мне пожалуйста тогда на юг лицом

спи моя усталая на солнце
с грязными разводами дорог
мне еще истории на донце
если там пожалуйста глоток

я свою субботнюю девицу
в белых скатертях реанимаций
доведу до моря удивиться
и верну обратно обниматься

между четырех сторон квадрата
между не найдут и не догонят
между двух приемов препарата
медленно. Сложив ладони.

    2001


РЕЧИТАТИВЫ

      Нику

1

Мед каменный в кусках
– и не перечь! –
клади на каравай чугун-царя
так далеко зашли играя словом
заря не догнала

я обзавелся вороном почтовым
и пеплом на сосках
бетонной поблядухи
серьгою в ухе
дам пугать и плакать
по убранному со стола.


2

Пил праздничную воду
то есть
был долго жив
на шелковые мне платок и пояс
я шил узор витиеватый

а смерть осталась виноватой
на убранном столе лежит.


3

Мой город каменной Слюны Господней
– прочерк –
когда я повернусь к тебе лицом
меня узнает среди прочих
лучших
Твой старый лучник
по уху с кольцом

но я не повернусь
на всякий случай.


4

Так далеко до одури зашли
скажи
хотя далась мне ваша милость
в какие дали посылать гонца

не то чтоб сын мой вырос без отца
а просто никогда не вырос.


5

Нам три без четверти
пора менять посты
я это время вкалывал в предплечье
ничто не лечит так как в Междуречье
растущие огнем кусты


6

моя серебряная каста выше ростом
языческих племен
я не за это был влюблен в тебя а просто
я был в тебя влюблен
до крика
вопля
визга


7

и яблока заиндевелый труп
кладу царю в заснеженную миску
и голову склоняю вниз
к костру.

    1994


ПАМЯТИ ЗАЛИВА

1

Завыли минареты
стрелки снова
навытяжку
и скоро быть рассвету
в другой стране
где не прочесть про эту
ни слова
где

я сыт вполне
но превращая минареты
в шпили
глаз ищет тех
что позабыли
или
которых нет

здесь радостно вдвойне
что усомнившись
в теле ли
в листе ли
есть повод умереть не на постели
а
на войне.


2

Где каждый звук удвоен воем
его
не разобрать
что видел я
уходит воин
уходит полдень под конвоем
любимая моя
с утра
чертила пальцем на стекле

был каждый звук удвоен воем
и реактивного пера
на средиземном небе
след.


3

Когда бы реки повернули к нам
последнею водой к Иерусалиму
где жили мы
полуденным палимы
то
ту
которую
до этого не знал
я звал бы анну
Анна!
и она
не проходила б мимо
из окна
увидим море
и неразделима
стена небес
там где была стена
с равниной моря где была равнина

я
обитатель будущего дна
гляжу как зажигается одна
и гаснет
и финальная волна
проходит над
стеной Иерусалима.


4

Ты вспомнишь стук
последней колесницы
и разворот крыла
в размах страницы
когда взошла
заря
и поклониться
мы вышли к четырем своим морям

когда шинель родного языка
положат мне друзья под ягодицы
когда последний
лист календаря
уменьшится до строчки словаря
декабрь – середина января
издалека
на подступах к столице

ты вспомнишь крик оледенелой птицы
прочтя рукою вязь известняка.

    1991


УПРАЖНЕНИЯ В ЖЕНСКОЙ РИФМЕ

1

Птица опять летела
где не могла стрела
а каменная столица
не каменнее села
и не белей девицы
утром
когда ушла
научились молиться
убирать со стола.


2

А мы
молитвенно сощурясь
– седлаем птиц –
встань бог войны
когда закурим
траву земли твоих гробниц

встань бог войны!
когда закурим
глухой
до белой глины
дым

до седины и бороды
не дать растить
ни взять ни бросить

и подавай еды в кусках
и красных роз
на двух висках


3

что я не слышу
халила!
того кто ушел вперед
а рот мой
что говорил он
назад перелет

у каменных стен родного
ушедшего на покой
я правлю собою к новым
усохшей рукой.


4

А
упаду и снова
– птицы мои легки –
вода потечет
готовым
руслом моей руки.


5

Белый вдыхая дым
теперь и поговорим
список моих побед
отправлен в иерусалим

где обсуждаем
вместо
утренних новостей
сиеста
моя дорогая
город меня пустей.


6

А что говорил он
белым
в склоненные зеркала
поломанного крыла
и того на меня хватило

а птица моя летела
медленней чем стрела.

    1995


НЕУСТОЙЧИВОСТЬ В ПАДЕЖАХ

1

От меня ни строки скоро год потому
а бывало
что рисовал
себя – в темной шинели речи
тебя – у колыбели

и поэтому вспомни еще раз мне
как
неделями мы летели
по-над реками Междуречья
что лишь ухала в небе луны сова
белой рыбе луны на дне.


2

Нам остался наговор
– вырви зуб –
пал карфаген и рим
и
Иеруса
лим
сам
сим
победим
неустойчивость в падежах

и когда улетим
вспомни мне
время вставшее на часах
перепонным боем.


3

Я любил тебя больше обоих нас
курева натощак
улиц иерусалима

чтоб ты снова была любима
и снова
так.


4

Черное море кофе без молока
и когда отправлялись спать
ранее чем в шестом
птичьи крысы смеялись нам отряхиваясь с потолка
но
я не о том


5

свои узнавая лица
в россыпях под мостом –
ты
гордость была моего зверинца


6

а в созвездии Близнеца
смени ударную
– без лица –
о, жена разночинца!


7

Очи долу
очень долгой была дорога
дохлого моря до.

И слова потеряли смысл скорость приобретя
бывало я рисовал тебя укачивающую дитя
и не рисковал

а дороги вдоль
египтяне сидят в лаптях.


8

Повторим заклинание как понимаем сами:
мир не требует более описаний
и лунного козла вдоль горизонта бег
тебе напомнит долгий снег местами
где не были вовек
и где не встанет
– пал –
иерусалим.


9

А ты напомни мне
как вертится строка
у языка
не взятого живым на стороне.

    1993


ВАРИАНТЫ

1

Ты вышивала крестом на флаге
звёзды
одна темней
а я по бумаге
вязал
и тоже
вышивки не сложней

и не было шума и звуков кроме
в запертом на засов –
чайник пел
– в подмандатном доме –
песню пяти часов.


2

Не чернее волоса
птица-прядь
взгляд
не
холодней воды
ты смотрела на ледяное
висевшее надо мною
оно
отражало дым.


3

В доме без окон
без видов на
будущее и сад

не длиннее волоса жизнь моя
краса моя и коса

а взгляд брошенный на тебя
тем длинней

чем дальше брошен и чем в ответ
взгляда нет.


4

Траектории наших движений впредь
изысканны и просты
я не знаю куда ты
а я
весь
я на погранпосты

и стыть да не остывать знать
в доме моем кровать.


5

Теперь огня речитативом
по дальним берегам
пока вы тут бубнили чтиво
червивый козырь сдан врагам

мой бог
рогат не по годам
но все ж красиво

когда универсальной ксивой
я от бедра
по городам.


6

А взгляд летевший в небосвод
забыл каких глазниц
меня давно ушедшим от
забыл каких границ
пройдя
сквозь прорези твоих
до одури
ресниц
я видел птиц

а кто из нас
себе не видел птиц.

    1994


СТАРИННЫЕ ВОЕННЫЕ ПЕСНИ

      Сергею Шаргородскому

1

Я помню гусениц движение
склонение имен напрасное
пустого неба отражение
в пластине зеркала неверного.

Я помню жены безучастные
застыли в ожидании скверного
исхода нашего сражения
следя глазницами пустыми
за наступлением пустыни.

Простое небо глинобитное
стояло над землею ватною
пустое зеркало обратное
читало битвы челобитную

царю герою богу соколу
мы разрешаемся убитыми
и снова трупами беременны
а времени в обрез

но имени
нам не произнести высокого.


2

Когда машину ветра ладили
и стало быть машину звука
механику полета стали
ветр растворил растворы ставень
звук разомкнул ракушку уха

Когда минут машину мерили
чертили адрес на конверте
"на фронт, в окопы, милой Берте"

О, ненаглядная, поверьте
он в небесах завис подробных
несомый воздуха подобьем
несущий обе наши смерти.

    1992


НАДПИСЬ МОШЕ ШАЛЕВУ

Когда
я буду больше чем богат
я памятник тебе собой поставлю над
твоим окаменелым мозгом
и воздух каменных высот
царя Саула
меня тогда над миром понесет

над синим не тебе любить заливом
над белым сном
и алым кумачом

как ты хотел
воздетым над оливой.

    1995


ЛАНДШАФТ

1

Странные друг ожидают известия век
веки из жести на известью крытых лицах
что ты скалишься птица мне
если города больше нет
если головы брить
к войне

стоит
не стоит
не знаю
бриться.


2

Мы дорисуем горы позади
земля не виновата что скупа
толпа не виновата что она
толпа
жена не виновата что солдата
солдат не виноват
что не женат

какие мы выделываем па
чтоб доказать что мы не виноваты
какого черта лишняя стопа
и от какого бога ждать опоры

когда земля скупа
рисуйте горы
чтоб дальше чем до гор не отступать.


3

Я не
приду
не
повернусь
не
сгину
на глиняной земле оставлю вам
послание
запекшейся сангиной
чтоб невозможно разобрать слова.


4

Какого поля дома языка
мы были дети?
никакого
что о себе оставили в веках
да ничего
схватив заморский вирус
использует грядущий летописец
папирус
вместо утирального платка.


5

Птичка божия не знает ничего
и секретов никаких у ней не выведать
потому и доверяем больше птицам
голубиной почте бездорожья
письма за неведомые тридевять
в нашу опустевшую столицу
носит ворон
значит ворон птичка божия.


6

Поднявшись в город Иерусалим,
на одну из башен его
– мигдаль –

уничтожив взглядом новый университет
посылаешь
себя
в даль

в те
края
где море без рыбы в нем

и
без птицы над ним.


7

Так и летим
разрывая последний шелк
наших занавесей-словес
ибо долго мы жили без
знания нашей спиной небес
любимая
не обращусь к тебе
отныне
и наотрез.


8

Когда на знамени на моем
напишут число и год,
никто не вспомнит как мы летели,
собой не касаясь вод
новых
не соблюдя границ
на
оборот листа

или завтра ищите меня на другой земле
или
сердце мое
навеселе

и
навылет.


9

Поднявшись в город Иерусалим
красота!
если не замечать
построек последних лет
– сердце мое –
навеселе
там
где нет,
там
где не будет
жаворонка над ним.


10

Дорогая моя!
черным по синеве
если пишу еще
знаю

люди цвета травы
очень нужны траве

это я о себе
дорогая.

    1992


ПАМЯТНИК

1

Когда я вымру
кончусь
отойду
когда бы не
в каком году
стране
мундире
в партикулярном платье
упаду
в квартире навзничь
около кровати
в сознаньи
если воздуха не хватит
тогда в бреду


2

когда я пропаду не на войне
косая без лица поделит мне
на меньше чем
одна вторая третья
одной жены безверье и бессмертье
и так себе роман на стороне.


3

Зима
дымок прохожего
в парадном
мелодия для наших сыновей
что довоенная
была для нас и ладно
мы все равно
заявимся обратно
прохожего и музыки живей.


4

Когда мы остановимся на страже
того кто раньше нас
уснул
и даже
того кто раньше времени
и ражий
когда возьмет сержант на караул

поэзии ремесленная школа
последнего звонка такого
услышит гул!

    2001


УЧИТЕЛЬНИЦА МУЗЫКИ

1

Меня учила музыке немецкая еврейка
она
брала меня за руку говоря
что канарейкой
быть может любой идиот
гораздо сложнее
как канарейка

милый
звезды капают
на театральной-плац.


2

Плач!
хотя ничего не болит
оркестр может сыграть без нас
пятую фугу Баха
меня обучали музыке, впрочем,
аховый был из меня ученик


3

далее:
я проживаю в городе
которого нету на карте
единоверцы мои
ряжены в хаки

можно сказать спасибо
что звезды на наши рубахи
больше не падают

впрочем
некого благодарить


4

от нотной ее грамматики
не осталось и чувства такта

так-то меня обучали музыке
единоверцы мои


5

если стоять в пустыне
даже земля не вертится.

    1992


ИДИЛЛИИ

1

...дождь был мелким как стрекоза
и синим
и не нам
а
мы
на фасетчатые глаза
наворачивались косые


2

и приятели дергали за кольцо
поднимаясь в дом
и десять чужих имен
поддерживали крыльцо
нам
в одна тысяча девятьсот
моложе лицом.


3

Войны и сигарет
жилья жены и денег
войны и сигарет
и платье для жены – пускай наденет
и выйдет в свет

и землю вдоль реки
и берега
и оба
и
чтобы скинуть злобу

на дальнем берегу
застывшие стрелки.


4

Теперь пропишем по живому
то есть от третьего лица

он потому не видел сына
что тот был копией отца

она была верна другому
и лишь тому что все знакомы

не виделось конца.


5

А дождь малый чернила мыл
и потому
мы учили язык машин
до английских его корней

и узнавали тьму
по отсутствию в ней души
а пустоту
по отсутствию в ней огней.


6

Так
с фонетикой не в ладах
и
себя в зеркале не узнав
"ха!"
вместо "ах!"
говаривали тогда.


7

И красавица вся
впереди себя
занося колено
заходила по вечерам
не раскрывая рта
не подымая рук
чтоб никто не увидел вены
не приводя подруг.


8

Все что осталось мне
родовая память
твоя рука протянутая для поцелуя
венгерские танцы
Вена начала века
цветные стансы
эпохи войны в заливе

мы могли быть счастливей
между констанцей и меккой
но
жили в иерусалиме

и черная рыба плыла над нами
тогда одними.

    1993


ФАБУЛЫ И СЮЖЕТ

1

Молитва моя
ловля уснувших рыб
на берегу воды

– будь вода –

звезда моя
видит дым
костры
– да откуда им –
сгоревшие города

и стоят уперевши себя в гранит
треугольники наших плит.


2

Будет забыта степь
в брошенных городах
станут умильным вах
стелиться к ногам гостей

и пустотелым вы
в лицо не взлетит ладонь
и волчьего мяса конь
не подымет ночной совы.

Вы ли меня ожидали
к праздничному столу
или мне показалось
а
генацвале?

и что танцевали на том балу
в переполненном зале
на том балу
когда мы воевали.


3

А ты мне была не была одна
траурная жена
и поэтому став едва
оказалось давно вдова
я учу заклинаний древних
страшненькие слова.


4

Будет забыта степь
бита и сожжена
челюсти крепостей
мытые до темна

бронзовый наш восторг
в ночь накануне сна
не озарит восток.


5

Я кляузу свою
царю на блюдо
пусть наши кони мчат перегонки
от Яузы
до Нила и Тибета
пусть щурятся казенные стрелки
а я
не буду

тебе-то что
твоей просить руки.


6

Вот это варево ночное
от язв и похорон
колючий звон листа алоэ
и прошлого не знать бульон
и яд
чтобы стояли где стоят
в браслетах спящего конвоя

а от падения коня
возьми настойку ревеня.


7

Когда забыта степь железом
и камнем города
я бью тебе челом
полезут
на лоб когда
наемники на приступ
и выстоят под нами твердолобы
туземные стада

когда мы сгинем оба
на дне реки
я
водяного гроба
бежать не попрошу
твоей руки.


8

Медная рыба моих молитв
брюхом достанет дна
ты
лучшая из моих
никогда не была одна

и ветер нам не щадил ушей
в треугольниках шалашей.


9

Время года прощаться и нам
увы
окрик ночной совы
цепкого коготка

и стоит поперек себя высока
наша каменная доска.

    1995


СТИХОТВОРЕНИЯ В АЛЬБОМ

1

когда бы Вы не дева, я не Вы
когда чем Ваши песни благозвучней
летать не все равно ль, а сесть сподручней
на берегах какой-нибудь Невы...

когда чем долго будет не смешно
не лучше ли, ах да, опять не лучше
в дешевой синема на Бертолуччи
когда еще нам будет суждено...

любимая! – как много в нем любви
для сердца иноверца – знал бы – не был
я заживо бы улетел на небо
когда б не Вы.


2

Чем кормить канарейку
не лучше ль спросить –
чем кормить канарейку?

чем купить телогрейку
цигейку, пиджак
и пальто нараспашку

– но не баснями же право слово еси –
лево слово мою
желтогрудую пташку.


3

Ну почему
чему
чем
учим
знаем.
– песок, пока не сыпется песок –
мне так хотелось стать твоим трамваем
мне так...
а почему?
хотя бы колесом

размерами себя соизмеримым
как между римом
и ерусалимом
как между восковых мадам Тюссо.

    1994


ЦИТАТЫ

1

...вспомни дорогу на рамадан
да
загляни под платок старухе
лучшие руки – твои когда
это к разлуке.


2

...выжить
не перейдя на крик,
белой дурью коль
засыпает пол
это видимость мира под ноль
старик
и
под белый парик.


3

...когда возьмет береговая
в глазок прицела города
я обещал вернуться целым
вопрос – куда?


4

...где вальс не будет гарнизонным
в канун войны
нас соберут не по сезону
чужой страны
где птица-дура петь забыла
за упокой
на кой ты мне сдалась на милость
одной рукой?


5

...с одной бумаги языки
у нас синели
с одной кровати мужики
в одной шинели
когда не по уставу выжить
но по Корану
что пропоет тебе охрана
октавой ниже.


6

...что пропоет рассвету взводный
читай: петух
я брал тебе дамаск и гродно
за два из двух
где неразменная монета
считай пятак


7

...а это ты дурак в ночи
идешь-молчишь без пистолета
где пел рассвет другого нету
подъем старух.


8

...мы писали дурные песни
на
языке врага
чем длинней пустыня
тем интереснее
ей
наставлять рога
что
ответит безумный каменщик
на
вопросы моей братвы
это любовь по песку пока еще
ходит нестроевым.


9

...думал на годы хватит
останется порошка
жизнь закончится на кровати
с видом белой стены на шкаф.


10

...сами вяжем себе на шеи
белой шерсти платки старух
лучшие руки
когда из двух
в убегающие мишени.

    1997


ОРНИТОЛОГИЯ

1

Сначала малая
сова была
сначала
потом другие птицы
два
крыла
качало
и было ветрено внутри
и до зари
горели ало соловьи
что снегири


2

темная
помню зима
мыши под полом
мать отводила сама
в школу со школы
времени ходу едва
измеряли часами
и сова говорила слова
четырьмя голосами.


3

Сначала малая
нужда была
вначале
прочти науку побеждать
почти в печали
когда другая нищета
уже причалит
мы не прощали
ни черта
и для братвы

ни дерева
ни ветки
ни совы.


4

Когда же на Москву
чужого не берем
короче говоря
когда умрем когда
я приглашу сову
сестру нетопыря
в другие города
дышать нашатырем.


5

В канун рождества
вдали от его земли
если бы знать
где идет человек-сова
но краем сна
уже замело следы
и последние
два.

    2000


ТОСТ

1

сохраняйте язык
берегите его от речей
под конец полугодья сверяйте запасы картечи
и бинтуйте ребята увечья
под сонную песню врачей

я был тоже не вечен


2

а особенно смертен
пустая твоя голова
кто в канун рождества ловит снулую рыбу-удачу
на короткую леску с трудом наживляет слова
может малая клюнет плотва
и замедленный бег торжества

электрички на дачу


3

не особенно долог и век
и на скольких его ни дели
ты на родине елок вдали от залива
ожидая устали
ржаветь корабли
гладь последние простыни – где ни стели

ай не выйдет красиво.

    2000


ЕГИПТЯНИН

1

Мне спальня моя темна
нет
темница
и вся она солнечной будь страна
свет мой
ушел господин границей
племен
не выучить имена.


2

На кожу мою бальзам
а по коже моей
слеза
и похоже ты сам
не придешь назад
солнце моим глазам


3

сохну я по тебе вдали
и зачем женатым бежать земли
придумали корабли?

    1995


САМСОН

1

Сон в руку
зубами льва
сам себе
собирая вещи
повторяешь слова разлуки
кое
либо
нибудь
едва ли
сон окажется вещим.


2

Может
львята чужой тоски
цвета моей земли
мне недолго лежать в пыли
разглядывая пески

называйте вещи своими для
всех уводя в поля
именами вещи своими
или
памяти короля.


3

И когда невещие
снятся сны
если есть еще
для своих один
то судите не с высоты седин
а с длины его седины.


4

От
далеких его берегов Борей
до
костров моих егерей
и скорее я до твоих ворот
чем ты до моих дверей
и охота льву
на охоте льва
повторять слова от каких живу
чем длинней глава
тем короче грива
особенно наяву.


5

Не красота из пустоты
а просто
ты
горишь кустом
а это дом в котором дым
густой
в котором дом.


6

От уголька твоей печи
закурим вражеской травы
где молодые львы в ночи
следят полет совы
я сам себе пророчил сон
и гибель волосам
меня не рыжая сдала бойцам короче
по обе стороны лица слепого пса
цепного впрочем.


7

Ветер пустыни и тот на ощупь
снова колышет сад
к старости мясо заменят овощи
бросят соседи от страха ссать
ветер пустыни срывает крыши
вражеским городам
сон был вещи собрал и вышел
тише травы когда
дальних его
берегов Борей
догонит моих зверей.

    1997


БОСФОР

Как просто умереть в Стамбуле
на дне канала
не дожидаясь пули
ибо
жара достала

и с высоты его мечетей
кляня погоду
сбегутся маленькие черти
задернуть
воду.

    2001


ХАДЖ-1

1

И чем чернее была вода
столетья назад

в земле чародеев слеза ребенка
не более чем слеза

и мельницы воду гоняли вспять
к истокам воды

и
к восходу беды

петух орал
не переорать.


2

А зелень трав подымалась ввысь
к знаменам и выше них

и какой я по счету в строю стою
и какой я тебе жених

бились твой не тревожа сон
так глубоко спала

орел летевший быстрей орла
а над орлом дракон.


3

Пусть летописец поставит знак
крест на моих полях

земля чародеев куда я так
рвался не более чем земля

а дом был полон детей и псов
и женщин от тех детей

и ни звука кроме стенных часов
в ожиданьи гостей.


4

В земле чародеев земли полоть
не переполоть ввек

столетия позади
мы были с тобой вдвоем за тридевять мекк

и вода была цвета воды тогда
и каменных были стен

ежели
города

пока туда не пришла орда
легкая словно тень.

    1996


ШАМИЛЬ

1

Волчье семя
не знать лица
в полумесяц прицела
наше дело
шмелиный полет свинца
а мало ли мимо!
наши прописи
мелом
осталось стен
это мало мылу осталось тел
мама вымыла милу.


2

Какие две большие разницы
воспоминаний о войне
длинней чем борода врага
когда
мы пили накануне праздника
или победного парада
стоит пехота
– тварь и падаль –
вокруг мясного пирога.


3

А еще меня ждали дома
и не голосили
меня с повинной
когда меня заносили
не до конца знакомым
на верхнюю половину
красная тряпка угла у бога
богиня победы моей из плена
дура!
лучше ее не трогай
ниже колена.


4

Когда мою последнюю жену
и ту
вдовою
за голову свою же
– ну –
когда вознаграждение удвою
и росписью по лезвию листа

какая красота
считай мария
над мертвой головой моей
до ста!
как долго мы с тобой не говорили

в Париже
под вечернее лю-лю
сидели да курили
антр ну
мадмуазель
я
выиграл войну.


5

Салют над городом
вчера
я ел с ножа такую фуагра
которая
не снилась королю!


6

Какая сладенькая власть
от стен его до гор
откуда ты вообще взялась
меня смотреть в упор
какое шоу
дважды в час
ракеты с воем режут часть
где мы стоим
сейчас


7

это Кавказ
губернатору слава
олово и лавэ
слова сворачиваются в приказ
и плавают в голове
рыба
темным рулит хвостом
лужа моря сопливый берег

без истерик прошу
потом
пусть историк звонит вдове.


8

Какие две большие дразнятся
могли бы дочери мои
пока мы накануне праздника
еще двуногие стоим
не потому что наши стены,
которые посмей залезь!

мир потому казался целым
что в перекрестии прицела
спокойно
помещался весь.

    2000


ХАДЖ-2

1

мы шли среди пустынь
вдоль Неживого
черневшего водой
под небом за
неразличимой
мы шли смотреть святынь
звездой


2

мы шли смотреть святынь
вдоль Неживого
которому остынь
бессмысленно сказать
и пресная слеза
закатывалась в оба
умыть глаза

    1996


ОТЧЕТ

1

Из милой азии моей
с верлибром башенок ее
сверли мне бошеньку мою
сварливый боженька ты мой

из малой азии моей
уже
подернутой чумой

как можно дольше не прямой
пусть будет путь домой.


2

И не потому что у нас букварь
и та на двоих
не всякая божья корова тварь
что воистину месяц его январь

а на обе стороны
где трава
отрывается
календарь.


3

И по обе стороны
той реки
где не то что мне дураку
лошадям и то глубоко
я пошлю вам облако
на зубок

только спит сынок
моего полка
закатив белки.


4

Дурная голова ногам покоя
пока не думаешь смотря на пейзаж
пока не думаешь
пока
мишени двое
какое боя небо голубое

пока вираж!


5

по обе стороны руки
не обещали
вокруг ночные ползунки зверья пищали

я жил на высоте садов
в начале
шестой зари

и не было печали кроме той
простой
внутри.


6

Из милой азии моей
не электронной
на оба рва
две роты похоронной
на обе рвоты
две вороны рта

из малой азии моей
простой работы
по обе стороны короны и листа


7

хорошо если надвое
ну
а если ночами
я себе сигарету тяну
ставлю чайник
добрым словом и то одним
поминаю войну
хорошо если обе
хуже
когда одну.

    2000


ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Я любил тебя рыжая временами
под разными красными именами
и все больше места на карте вместо
времени между нами

я пишу тебе рыжая перьевою
словно между последний редут разрушен
мы под разными флагами жили двое
построение гимн и ужин

я пишу тебе через три границы
сохрани когда-нибудь пригодится
может будешь сына учить кириллице
или просто сложишь бумажной птицей.

    2001


ПАРЛАМЕНТЕР

1

давайте рассуждая здраво
скорей поделим питьевую
покуда не восторжествует
мое не прав над вашим правом
давайте говорить красиво
и обоюдно путать даты
слуга воды и апельсинов
отец солдатам


2

а у него дома
в половину стены
дипломы
полученной до войны
профессии
можно позвать врача
и женщины нужной конфессии
обе пока молчат


3

давай располовиним воздух
набьем канистры и карманы
давайте оба ляжем возле
гораздо раньше чем пора нам
и даже тех кто сможет после
не по слогам читать корана
дневник оставленный охраной
айда от взрослых


4

а у него в доме
только песок в углу
и ничего кроме
ненависти к столу
которая
в половину страны
молча обе войдут в историю
с подветренной стороны


5

давайте заедая почвой
землей
щебенкой
закусим эту воду почкой
культей ребенка
неси не замедляя шага
дерьмо из хаты
лицом на фотоаппараты
под белым флагом!

    2001


ПАЛИНДРОМ

1

у челюсти была немая участь
когда я ждал
когда я ждал письма
когда я долго ждал письма
не мучай
мы лучше воевали задарма

когда одни
когда они огня
когда они огня дерьма и дыма
небесную закурим анашу
до первой почты сохрани меня
неместную тебе пойду спляшу
невидимым прошу и невредимым.


2

А я тебе спою одну
на юг откинувшись затылком
так дуть в зеленую бутылку
чтоб выдуть белую луну

и с высоты которой ужас
глядеть за брошенным селом
где круглый блин мазутной лужи
твоим бельмом.


3

Я никогда не бывал в горах
и не смотрел с горы
и во-первых я ожидал игры
когда мы залезали
и только страх
желтыми в небо стрелял глазами
тоже и во-вторых.


4

Там где горная бьется вена
вместо задранного в зенит
спой мне девочка выше цапель
дом игорный и довоенный
горько первые десять капель
часто ли вспоминаешь быт?

пьешь ли мертвую из-под крана
на хер надо последних лет
переводишь строку корана
на пернатый язык газет

летописец церковных войн
царедворец роскошных свит
ты по-прежнему под конвоем
или новый тобой освоен
иероглиф и алфавит?


5

А я спою про во саду ли
когда приду домой с холма
я долго ждал письма
и пули

а тут тесьма да бахрома
да платье детское на стуле
и даже с месяцем надули
опять зима.

    2002


P.S.

1

Если
вечером на реке
ветер прощался сухою губой

и трубою вослед
выдувал гобой
сугубо о ямщике

Раз:
если
рядность важнее чем

на-
рядность
важнее где

на-
вождения быть звезде
на небе чем на плече

два: если
не жили толком чуть
ежели отвыкать

и кровать железа гудит плечу
скоро:
пора. лечу.

значит скоро уже улетим пора
мне чужого не пожелай добра
и пути обратного

и
сестра
не буди если буду живым с утра.


2

и
отлично:
вылет не каждый день

и
отлично
выдь сарафан надень

или лузгай семечки
и внизу
в полдень роняй слезу.


3

нашей аорты
пошло на убыль
кагортами на разрыв

добро
если делим себя на рубль
мотив нарядно звучит

и рядом
дом
и аккредитив.

Было
долину одну летали
клюв наугад в зенит

туземец
наши найдя детали
делался знаменит

вот оно
бремя ромашки белой
не разжимая скул

для
неизвестно какого дела
теряем по лепестку.


4

Низкое наше веселье также
не выше соска
тоска

ляжем цепью
чтоб встали целью
будущего стрелка

пусть рисует одним круги и
весь в ресницах закрыв другой
крутит медленно вдаль тугие

с
сорванною
резьбой

две заправки домой
на север
сопли пьяно пустив в стакан

нас постскриптум
помянет деверь
русского языка.


5

Только ветер его наречий
там на речке
гоняет рябь

тополь
пухом накроет плечики
только щеки горят.

    2001










© 2004 Damian Kudriavtsev
Design L.Kopernik

russian
english
espanol
биография
критика

                   [ home ]